Началась экспедиция Михаила Гвоздева к берегам Чукотки и Северо-Западной Америки (1732
Незадолго до начала Второй Камчатской экспедиции, летом 1732 года, подштурман Иван Федоров и геодезист Михаил Гвоздев отправился в путь по приказу Дмитрия Павлуцкого разведать обстановку на Чукотском полуострове. На корабле «Св. Гавриил», сохранившемся от экспедиции Беринга, путешественники достигли восточной оконечности Азии, пересекли пролив, отделяющий Азию и Америку, и оказались у побережья Аляски. Руководил экспедицией Михаил Гвоздев. Штурманом был назначен тяжело больной цингой И. Федоров, перенесенный на корабль «против воли».
Капитан Павлуцкий, организовавший морскую экспедицию, разработал программу научных исследований, которая отличалась смелостью замысла и глубоким пониманием значения готовящегося предприятия. В состав экипажа включили опытного морехода Кондратия Мошкова. Мореплаватели не располагали даже самой элементарной картой, ведь предстоящий путь был еще никем не изведан.
В навигацию 1732 г. морской отряд экспедиции побывал на островах, впоследствии получивших название островов Гвоздева. Если Беринг в свою первую экспедицию прошел пролив с юга на север, то Федоров и Гвоздев пересекли его с запада на восток, окончательно установив раздельность материков и наличие между ними судоходного пролива.
За время плавания Гвоздев несколько раз высаживался на Чукотский нос и острова. 21 августа «Св. Гавриил» подошел к мысу Принца Уэльского и стал первым русским судном, подошедшим к берегу Северной Америки, и первым европейским судном, достигшим Аляски.
Михаил Гвоздев писал об этом событии: «Августа 21 дня пополуночи в 3-м часу стал быть ветер, подняли якорь, парусы распустили и пошли к Большой Земле, стали на якорь и против того жилищ никаких не значилось, и подштюрман приказал поднять якорь. И пошли подле Земли к южному концу…
От южного конца к западной стороне видели юрты — жилья версты на полторы, и ко оным де юртам за ветром блиско подойтить было нельзя, и пошли подле земли на южную сторону, и стало де быть мелкое место, бросили лоты, глубины 7 и б сажен, и с того места возвратились назад и стали лаверить подле Большой Земли (Аляска), чтоб к земле подотить, и стал де быть ветр велик от земли противной…
И от оной Большой Земли таким великим ветром отнесло, а ветр де был норд-норд-вест. А с четвертого де острова пригреб к борту чюкча в малом ялыче по их называетца Кухта…Гвоздев, ево чрез толмача спрашивал о Большой Земли: какая земля, и какие на ней живут люди, и есть ли лес, также и реки, и какой зверь. И он де, чюкча, сказывал толмачу и назовал Большой Землей, и на ней де живут их же чюкчи, и лес де имеетца, также и реки, а про зверей сказывал, что имеетца алень дикой, куницы и лисицы, и бобры решенные».
Затем экспедиция прошла морским маршрутом до Нижнекамчатска. Следуя вдоль северо-западного побережья Аляски, первопроходцы картографировали местность и дополнили изучение Берингова пролива, начатое Семёном Дежнёвым и Федотом Поповым, и продолженное Витусом Берингом. При возвращении были открыты три ещё неизвестных острова в составе островов Диомида.
Так было положено начало открытию Америки со стороны Северо-Восточной Сибири и наиболее убедительно доказано наличие пролива между Америкой и Азией. Научные результаты экспедиции были широко использованы при составлении Генеральной карты северо-восточной части Российской империи, завершенной в 1746 г.
Вскоре после завершения плавания Иван Федоров скончался, а Михаил Гвоздев по ложному доносу взят под стражу и отправлен в Тобольск. Лишь в 1738 г. Адмиралтейская коллегия рассмотрела дело и нашла, что Гвоздев безвинно пострадал.
Несколько лет записки их путешествия к «Большой Земле» оставались никому не известными.
Участникам Второй Камчатской экспедиции все же удалось отыскать часть этих документов и познакомиться с отпущенным на свободу Михаилом Гвоздевым. Но как отмечал писатель и исследователь Сергей Марков, карта путешествия 1732 года на «Св. Гаврииле» пропала, и ее лишь приблизительно восстановили по записям Ивана Федорова.